Название: Рассказы в картинках
Автор: Радлов Николай; Художник: Радлов Николай Эрнестович
Выходные данные: Л.: Лендетиздат ЦК ВЛКСМ, 1937.- 42 с.
Дополнительно: Редкая книга. Рассказы в картинках. Авторы сопроводительного материала: Хармс Д., Гернет Н., Дилакторская Н. На обложке Радлов Николай Эрнестович указан как автор книги.
(возможный пароль архива: barius.ru)
Конечно, «диктант на дружбу», о котором идёт речь в файлах данного блока, — всего лишь видимость диктанта. Это диктант понарошечный, хотя результаты подобной обучающей технологии вполне серьезны.
После знакомства с описанием данного социо-игрового приёма, читатели соглашаются, что в получаемых результатах (как и в самой «режиссуре урока») невозможно отделить одно от другого – где тут грамотность, где индивидуальная проработка ошибок, где повышение культурного уровня, где тренинг в умении общаться с товарищами и сообща трудиться над общим заданием — не разберешь. Словом, 133 зайца.
Всем известна пословица «За двумя зайцами погонишься — ни одного не поймаешь». В социо-игровой педагогике дело обстоит несколько иначе. Отсюда и весьма неожиданное профессиональное уточнение: если гнаться за двумя зайцами, то действительно ни одного не поймаешь, но если сразу за 133-мя, то, глядишь, с десяток наловишь (и среди пойманных, пяток зайцев может оказаться из тех, о которых и не мечталось раньше — «нечаянная радость»).
Для тех, кому приглянутся наши «зайцы», поясним, что работа строилась как драмогерменевтическая процедура. И главное в ней — групповое обживание «текста» как условие для индивидуального погружения в него каждого из участников.
Когда ты один на один с «культурным реликтом», то он может оказаться и не по зубам. А вот когда ты в кругу приятелей, когда чувствуешь их возрастающий интерес, дыхание, поток мыслей, когда высказанные мнения, материализуясь прямо «на глазах», обретают конкретность и становятся фактами биографии, когда партнерское «чувство локтя» помогает уверенно карабкаться вверх по шершавым скалам человеческой культуры, не боясь свернуть себе шею или быть публично осмеянным, — тогда любой реликт оказывается не таким уж страшным, неприступным или чуждым… А подогреваемое соседями любопытство служит отличным топливом для начала, продолжения или завершения персонального путешествия — путешествия за пониманием, знаниями, мыслями, чувствами, открытиями, то есть за личным опытом. Путешествия, в котором обретаешь себя.
«ДИКТАНТ на ДРУЖБУ», или Нешуточные результаты понарошечной режиссуры/Два рассказа доктора педагогических наук В.БУКАТОВА о«Диктанте на дружбу»(с учителями на семинаре и со второклассниками на уроке) и его же реплики-комментарии к письмам-отчетам школьных учителей
Вячеслав БУКАТОВ
Вячеслав БУКАТОВ
Участники рассаживаются по кругу и определяют (например, считалочкой), кто будет начинать. Он произносит, например, следующее: «Я поеду в Астрахань», — и, повернувшись к соседу, спрашивает: «Зачем?» Сосед быстро отвечает, но так, чтобы ответ начинался с буквы «А». Например: «Акул ловить!» (В Астрахани акулы не водятся, там скорее арбузы водятся, но для данной игры это неважно. Несообразности вносят в нее дополнительное веселье.) Ответив соседу «из Астрахани», он говорит, куда поедет сам (названия городов идут по алфавиту): «Я поеду в Багдад!» — и тут же спрашивает соседа: «Зачем?» Тот, допустим, отвечает: «Баранки покупать… А я поеду в Вологду. Зачем?»
Тот, кто ошибся — пропустил букву алфавита или ответил невпопад, — платит фант или выбывает из игры. Его сосед продолжает игру. Если дети полюбят эту игру, то они начинают в быстром темпе совершать по нескольку алфавитных кругов за один кон. Игра не заканчивается на букве «я», как это делалось ими на первых порах.
Вариантов подобных разминок может быть несколько. И детям, и учителю полезно, когда на уроках используются народные игры.
Каждый из присутствующих громко называет какой-нибудь город или другой известный населенный пункт. (Например соседнюю деревню или хутор) Желательно, чтобы выбранные названия не совпадали у разных игроков. Этого легко добиться, если выбранные названия участники напишут на доске.
Начать может любой, произнеся звуки почтового колокольчика: «Динь-динь-динь». Кто-нибудь тут же спрашивает: «Кто едет?» — «Почта». — «Откуда и куда?» — «Из Лондона в Ригу», — может ответить, к примеру, начавший игру, если он выбрал перед этим Лондон, а один из играющих — Ригу. Теперь уже говорит обязательно тот, чей город Рига: «А что делают в Лондоне?»
«Все ходят с зонтиками под дождем», — может ответить «приехавший из Лондона».
Сразу все играющие, кроме приехавшего, начинают изображать, как в Лондоне ходят под зонтиками. Кто не сможет этого изобразить, с тех берутся фанты, которые после игры будут разыгрываться (см. «Выкуп фантов»).
Затем игрок «из Риги» говорит: «Динь-динь-динь!» и т. д. Иногда игру повторяют, пока не соберут условленное перед началом «почты» число фантов.
«Приехавший» может назвать только выбранные играющими населенные пункты и не должен искажать их названия. В противном случае он платит фант и передает право начинать «почту» другому игроку. Поэтому игроки просят названия населенных пунктов произносить (если они не записывались на доске) отчетливо и громко. Не расслышавший может попросить, чтобы название было повторено.
Отказавшийся изображать названное действие платит фант. Играющие могут потребовать, чтобы дающий задание, то есть «приехавший», сам выполнил его, а если не сможет, то взять с него фант. Правда, в игре можно всегда найти шутливую форму выполнения задания. Можно даже специально отметить самое остроумное задание или способ его выполнения. Например, отличившемуся игроку дать право вести в конце игры разыгрывание фантов или «назначать» (затевать) по его выбору новую игру-упражнение.
«Почта» может приобретать и большую познавательную функцию, если дети начнут увлекаться придумыванием заданий, соответствующих особенностям названных мест. Например: в Риге — ловят рыбу, в Астрахани — едят арбузы, во Владивостоке — умываются и чистят зубы, потому что у них уже утро, и т. п.
Подобные задания школьникам приходится выдумывать уже заранее, заглядывая в различные журналы, географические книги, атласы. Ну а в трудных случаях всегда есть универсальные для играющих действия — плясать, петь, смеяться, скакать на одной ножке, «разговаривать» на родном (то есть иностранном) языке и т. п. (По описанию из книги: Григорьев В. М. Народные игры и традиции в России. М., 1991.)
Участники рассаживаются по кругу и определяют (например, считалочкой), кто будет начинать. Он произносит, например, следующее: «Я поеду в Астрахань», — и, повернувшись к соседу, спрашивает: «Зачем?» Сосед быстро отвечает, но так, чтобы ответ начинался с буквы «А». Например: «Акул ловить!» (Известно, что акулы в Астрахани не водятся, там скорее арбузы водятся, но для данной игры это неважно, напротив, несообразности вносят в нее дополнительное веселье.) Ответив соседу «из Астрахани», он говорит, куда поедет сам (названия городов идут по алфавиту): «Я поеду в Багдад!» — и тут же спрашивает соседа: «Зачем?» Тот, допустим, отвечает: «Баранки покупать… А я поеду в Вологду. Зачем?»
Ну и так далее. Тот, кто ошибся — пропустил букву алфавита или ответил невпопад, — платит фант или выбывает из игры. Его сосед продолжает игру. Если дети полюбят эту игру, то они начинают в быстром темпе совершать по нескольку алфавитных кругов за один кон, не кончая игру на букве «я», как это делалось ими на первых порах.
(По описанию из кн.: Кедрина Т. Я., Гелазония П. И. Большая книга игр и развлечений для детей и родителей. М., 1992.)
Вариантов подобных разминок может быть несколько. И детям, и учителю полезно, когда на уроках используются народные игры, о которых учитель узнал от самих учеников.
Почта. Каждый из присутствующих громко называет какой-нибудь город или другой известный всем собравшимся населенный пункт, например соседнюю деревню или хутор. Желательно, чтобы выбранные названия не совпадали у разных игроков. Этого легко добиться, если выбранные названия участники напишут на доске.
Начать может любой, произнеся звуки почтового колокольчика: «Динь-динь-динь». Кто-нибудь тут же спрашивает: «Кто едет?» — «Почта». — «Откуда и куда?» — «Из Лондона в Ригу», — может ответить, к примеру, начавший игру, если он выбрал перед этим Лондон, а один из играющих — Ригу. Теперь уже говорит обязательно тот, чей город Рига: «А что делают в Лондоне?»
«Все ходят с зонтиками под дождем», — может ответить «приехавший из Лондона».
Сразу все играющие, кроме приехавшего, начинают изображать, как в Лондоне ходят под зонтиками. Кто не сможет этого изобразить, с тех берутся фанты, которые после игры будут разыгрываться (см. «Выкуп фантов»).
Затем игрок «из Риги» говорит: «Динь-динь-динь!» и т. д. Иногда игру повторяют, пока не соберут условленное перед началом «почты» число фантов.
Правила:
1. «Приехавший» может назвать только выбранные играющими населенные пункты и не должен искажать их названия. В противном случае он платит фант и передает право начинать «почту» другому игроку. Поэтому игроки просят названия населенных пунктов произносить (если они не записывались на доске) отчетливо и громко. Нерасслышавший может попросить, чтобы название было повторено.
2. Отказавшийся изображать названное действие платит фант. Играющие могут потребовать, чтобы дающий задание, то есть «приехавший», сам выполнил его, а если не сможет, то взять с него фант. Правда, в игре можно всегда найти шутливую форму выполнения задания. Можно даже специально отметить самое остроумное задание или способ его выполнения. Например, отличившемуся игроку дать право вести в конце игры разыгрывание фантов или «назначать» (затевать) по его выбору новую игру-упражнение.
«Почта» может приобретать и большую познавательную функцию, если дети начнут увлекаться придумыванием заданий, соответствующих особенностям названных мест. Например: в Риге — ловят рыбу, в Астрахани — едят арбузы, во Владивостоке — умываются и чистят зубы, потому что у них уже утро, и т. п.
Подобные задания школьникам приходится выдумывать уже заранее, заглядывая в различные журналы, географические книги, атласы. Ну а в трудных случаях всегда есть универсальные для играющих действия — плясать, петь, смеяться, скакать на одной ножке, «разговаривать» на родном (то есть иностранном) языке и т. п. (По описанию из книги: Григорьев В. М. Народные игры и традиции в России. М., 1991.)
Работать малыми группами подразумевает не только то, что все ученики объеденены случайным образом в МАЛЫЕ ГРУППЫ, но и группами между собой взаимодействуют. Например хором отвечают, вместе встают и переходят на другое место. Происходит коммуникация, как внутри МАЛОЙ ГРУППЫ так и групп между собой.
Ниже приведена программа со всеми видео. Смотреть или слушать лучше всё. В каждом блоке можно найти массу полезной информации от практикующих педагогов и учёных. А так же мне захотелось вынести для себя и других полезные ссылки и названия программ или инструментов
Благодаря подобной форме объединения присутствующих в игровые команды, само объединение ученики воспринимают как абсолютно самостоятельное. Это простое и интересное задание очень нравится и детям и взрослым.
Как из обычной детской или народной игры сделать ИГРОВОЙ ПРИЁМ и использовать его для проведения подлинно-интересных уроков развивая двигательно-коммуникативные потребности учеников. При этом придать игре смысл, а детям мотивацию, любопытство и доверие.
Режиссура урока. Семинар в Екатеринбурге. Драматизация притчи Эзопа «О черепахе и орле»
В искусстве очень часто отступление от правил становится главной смысловой изюминкой. И именно в искусстве невозможное становится возможным. Не просто возможным, а великолепным и для данного места единственно правильным.
Чем больше информации мы получим о предстоящем мероприятии, тем проще его будет вам проводить.
Все ИДЕИ для конкретных уроков по индивидуальным заявкам сочиняются, конструируются и оформляются в соответствии с указанной учебной темой и содержанием соответствующего учебника. Индивидуальный подход требует времени. Минимальное исполнение заявки 5 рабочих дней. Автор заявки получает готовую социо-игровую экспликацию «событийного ряда» заказанного урока в PDF формате на указанный в заявке email, для персонального использования.
[Form id=»2″]
— Уля, у меня завтра в твоём садике будет занятие керамикой. Ты будешь лепить вместе со всеми?
— Нет, я не хочу. Я лучше в «Весёлые пальчики» пойду…
— Я не смогу тебя отвезти, тебя повезёт папа. Мне нужно остаться в твоём садике.
— Ну и что? Зато, мамочка, я не буду тебе мешать занятие проводить.
На том и порешили. Конечно, я понимаю, что она, скучает, когда я дома леплю, а тут ещё и с чужими детьми. А в студии ей будет уделяться персональное внимание.
Само занятие было полной импровизацией. Днём продумала пару ключевых моментов занятия. И к 15:00 поехала со всем «реквизитом» в детский сад. Папа забрал дочку из сада прямо у меня из «под рук», чтобы с отвезти на другое занятие.
Формат акции был таков. Когда родители приходят забирать детей, то они могут остаться на занятие, чтоб помочь детям слепить что-то.
Ну, а что это такое, когда родитель помогает ребёнку лепить? Обычно есть три варианта. Это, когда ребёнок сидит и послушно тычет пальчиком туда куда покажет взрослый. Второй вариант: родитель лепит и отмахивается от неловких движений ребёнка. Ну, а третий: кто-то один лепит, второй скучает.
Думаю, нет! Так не будет.
Как обычно, детки уселись за сдвинутые столики, родители встали за их спинами. Кто-то из взрослых уже пытается оторвать кусочек глины своему ребёнку.
Небольшое отступление. Садик-то чешский и все там говорят и понимают только чешский. А я, сколько ни учи, в совершенстве не смогу говорить. Я говорю, примерно, как по-русски говорят иностранцы приехавшие и долгоживущие в России. Дети, порой, из-за непривычного акцента в ступор входят, когда к ним обращаюсь, буксуют и не всегда отвечают. Хорошо, что они меня знают, как маму Ульяны. Вот и получается, что поговорка: «Меньше слов, больше дела», как никогда кстати. Так и я пошла по пути наглядности.Речь с акцентом детей настораживает
Я беру струну и от большого куска глины отрезаю кусок размером с теннисный мяч. Передаю дальше струну малышу, по часовой стрелке и передвигаю к нему 5 кг глины, и говорю: «Отрежь себе кусок». У мамы сразу руки дёрнулись помочь. Останавливаю: “Пусть сам попробует”. И ребёнок четырёх лет сам сообразил, как зацепить, как потянуть. И вот в руках уже увесистый комок глины, который он тут же начинает мять.
И я мну свой кусок.
Когда струна оказалась у этого малыша, все дети и взрослые, аж замерли и уставились, как же он это сделает. Потом, стали передавать глину и струну по кругу. Видно было, как родители сосредоточено планировали какой отрезать кусок и как они будут помогать ребёнку. Когда одна мама взяла струну и отрезала за ребёнка кусок, я предложила этот кусочек оставить себе и лепить своё изделие самой, а струну и глину передать дальше своему ребёнку.
Девочка очень нерешительно взялась резать, а у мамы руки были уже заняты. Сначала малышка срезала очень тонкий пласт. Срезала ещё. И она за несколько раз настругала себе приличный комок, который еле уместился у неё в ручке. Остальные дети терпеливо наблюдали и ждали, когда им дадут струну.
Но на будущее, я думаю, что лучше пускать 2 струны и 2 куска глины в разные стороны, потому что, те у кого уже глина в руках, им не терпится начать лепку, а другие ещё ждут. Показывать, что делать дальше нельзя, пока все не будут с материалом.
И те, у кого уже были комки глины стали их бить кулачками, делать лепёшки, протыкать пальчиками и катать колбаски. Всё это они непроизвольно повторяли за моими руками. Здесь не нужно говорить что делать, дети уже сами ищут подсказки, чтобы им такое сделать…
И вот, когда уже все дети обзавелись глиной, родители начали сползать на детские стульчики и втискиваться между детьми за столик.
Я принесла всего 3 готовых изделия и поставила на середину стола, как образцы, даже не изделия, а просто керамики, глазури и фактуры.
Есть несколько базовых упражнений и форм с которых легко начинать лепку и с детками и с новичками-взрослыми.
Я пользуюсь такой опорой — ПРОСТЫЕ ФИЗИЧЕСКИЕ ДЕЙСТВИЯ. Эту формулировку я подхватила и интерпретировала для себя по-своему у П.М.Ершова и К.С.Станиславского (Театральная педагогика: “Теория действий”). Сейчас это, для меня это чуть ли не основной ключик, почти ко всем жизненным задачам и проблемам.
Станиславский говорил, что ролью невозможно овладеть сразу. В ней всегда есть много неясного, непонятного, трудно-преодолимого. Поэтому начинать надо с того, что наиболее явно, наиболее доступно, и что легко фиксируется. Он учил искать правду простейших физических действий, которые очевидны. И утверждал, что, правда физических действий приведет к вере, вера перейдет в « я есмь», и дальше все это вольется в творчество.
Поэтому с процессом лепки справлялись дети, даже самые маленькие без труда. Любой сможет удержать струну в руках и потянуть на себя и срезать кусок глины, это действие, простое, но технологичное. Это действие делают и взрослые, и мастера, и скульпторы. А значит, часть, пусть маленькую, но настоящую часть ремесла уже можно считать опробованной. И из таких маленьких частей и состоит технология. Нехорошо, когда на кружкáх из-за отсутствия времени или нежелания погружать в роль, а получить результат в виде рисунка или поделки, игнорируется момент подготовки.
Лев Толстой сидит в Ясной Поляне, пишет. Входит камердинер: — Ваше сиятельство, пахать подано!
Как в анекдоте:
Любой мастер проделывает массу подготовительных работ, прежде чем приступить к части непосредственного писания, лепки, резьбы и пр. Занятие керамикой, как любое творчество или ремесло требует организации пространства, инструментов, материалов. Так чего же в детях только потребителя видеть, а мастера нет? Нехорошо детей лишать такой возможности. Погрузить их в творчество, а не предложить получить услугу.
Родители явно маялись и поглядывали на ту маму, которая лепила своё изделие. Конечно, видно, что даже малыши справляются с заданием, и тем, кто вообще не способен что-то делать руками, это под силу. Нет страха перед тем, что у них не получится. Родители часто страдают от роли непогрешимости, примера для ребёнка, все умеющего и всезнающего идеала, и отказывают себе во многом из-за этого. Родителям было предложено взять себе тоже глину и поспевать за своими детьми, делая параллельно свои изделия.
В какой-то момент стёрлась граница между детьми и взрослыми. Все делали одно и тоже, и примерно одинаково хорошо.
Это же простые физические действия! Не определить же, кто лучше бьёт кулачком или ладошкой по куску глины. Или переворачивает на другую сторону эту лепёшку, или заворачивает вокруг формы пласт. Но при том, что все делают одинаковую работу и малыш, и взрослый, они делают это со старанием и с удовольствием одинаково!
Когда дети увидели, что родители тоже начали лепить, да ещё должны были поспевать за ними, то дети стали сами родителям подсказывать и даже помогать. Но тут уже родители не давали детям свои изделия трогать. А сами-то к ним лезли…
Явно им не помочь хотелось, а хотелось тоже лепить. А помощь это только предлог.
Все сделали замечательные основы, которые сами по себе уже поделка… Но было предложено завершить и разнообразить эту основу уже с фантазией.
Было предложено обменяться как бы заказами: родитель заказывает ребёнку, а ребёнок заказывает взрослому. Кто что будет лепить (Кошку, собаку, ангела, ёлку. На этой базовой форме бесконечно много вариантов, чем её можно закончить)
Это и была наша домашняя заготовка для этого мероприятия. У этого приёма есть очень много педагогических функций. Особенно в связке родитель/ребёнок.
Любой желающий может рассчитывать на помощь в составлении занятия или урока. Напишите нам. Мы вместе придумает и составим готовый событийный ряд вашего мероприятия. Это может быть: открытый урок, кружок, праздник, занятие, поход, экскурсия, выполнение домашнего задания или просто любая задача дома, в школе, саду или студиях, которой требуется нестандартное решение.
Родители не сразу поняли, что нужно делать, а дети быстро сообразили, когда им предложили сказать маме или бабушке (пап не было), что они должны для них слепить. Что мамы не будут лепить, что им вздумается, а они будут лепить, то, что им закажет их ребёнок. Тогда и родители поняли и сделали заказы своим детям.
Работа кипела. Я только и успевала, что подсказывать по технологии, как приклеить, или как слепить голову кошки. Ни снимать на камеру ни подмечать кто, что делает не было особо возможности.
Время занятия подходило к концу и каждый своими руками отнёс свои изделия на подносы для сушки.
