Показать все

Кабина корабля – РОДНОЙ ДОМ космонавта

Свободно можно поделиться или отправить друзьям

(о спускаемой части космического корабля «ВОСТОК-5», пилотируемого лётчиком-космонавтом СССР В.Ф.Быковским 14-19 июня 1963 года)

Вячеслав Букатов

С лётчиком-космонавтом Валерием Фёдоровичем Быковским – дважды Героем Советского Союза, за плечами которого три полёта в космос общей продолжительностью 20 суток 17 часов 48 минут 21 секунды, – я никогда не встречался. И на вопрос – какой дом для него является РОДНЫМ? – получить от него ответ я не мог. Но больше чем уверен, что таких домов у него было несколько.
Ну сами посудите, родился он в городе
Павловский Посад (который знаменит своими расписными платками). С 1-го по 6 класс учился в Тегеране (столице Ирана), где работали его родители. После Московского аэроклуба ДОСААФ он стал курсантом военной авиационной школы в г. Каменка Пензенской области. Защищал диплом в Военно-воздушной инженерной академии им. Н. Е. Жуковского (в Москве), где учился вместе с Гагариным и Титовым…
Так что «родных» домов в его жизни явно предостаточно. Конечно самым-самым родным является какой-то один из них, но какой именно – мне знать не дано. Но более чем уверен, что кабина корабля «Восток-5», в которой он впервые в мире с 14 по 19 июня 1963 года провёл в космосе 4 суток 23 часа 6 минут (на то время АБСОЛЮТНЫЙ рекорд) – в перечне родных домов занимает своё законное место.
Сейчас этот обгоревший при вхождении в атмосферу земли «родной дом» красуется в Музее истории космонавтики имени К.Э. Циолковского. ПОДЛИННИК! С обгоревшей подшивкой! Фантастика!
Восхищение не портит даже «рояль в кустах» – разыгранная комедия с просьбой космонавта. Представьте человека, почти пятеро суток в одиночестве возлежащего в специальном кресле (всё управление кораблём было рассчитано на выполнение из основного «рабочего положения» – лёжа в кресле, которое при посадке на планету Земля должно было катапультироваться с привязанным к нему космонавтом). Так о чём мог мечтать, думать, просить человек, вынужденный напряжённо работать в неподвижном положении? С «трёх раз» – не отгадаете.
Ни за что не отгадаете! – Космонавт (он же «командир корабля») попросил сообщить в ЦК КПСС о своём желании стать членом КПСС (?!!) – внимание, дальше ещё круче! – без прохождения кандидатского стажа. И вы только подумайте!, по сообщению газеты «Правда» ЦК КПСС оказывается экстренно рассмотрел просьбу космонавта и вынес положительное решение! Цирк, да и только («Лицедеи» отдыхают).
Так вот – эта идеологическая «хохмочка» не столько дискредитирует, сколько подчёркивает уникальность подвига космонавта («Когда б вы знали из какого сора // Растут цветы»…– А.Ахматова). Ведь в каждом доме есть свой «скелет в шкафу» (и даже может быть не один). Так что комедия с желанием вступить в партию – «скелет» не самый противный...
В зале Государственного музея истории космонавтики в Калуге выставлен экспонат «Спускаемая часть космического корабля ВОСТОК-5». Это и есть та самая кабина, которая четверо суток была для космонавта и кабинетом, и спальней, и столовой, и санузлом. А к концу пятых суток она оказывалась и тщательно продуманным приспособлением (то есть пушкой?) для катапультирования. В кабине было два иллюминатора, один был по совместительству «входной дверью» (какой дом без входной двери!). Он размещался на чуть выше головы космонавта.
Другой иллюминатор, оснащённый специальной системой ориентации, располагался в «полу» у ног космонавта. Этот иллюминатор по совместительству был «выходом». Точнее «трубой» из которой вылетало кресло с космонавтом. То есть катапультировалось. По специальным направляющим рельсам, которые предусмотрительно были втиснуты и без того тесную кабину.
Космонавт в скафандре без малого пять суток полулежал, не ворочаясь, в своем рабочем кресле. То есть он работал, не покладая рук. На последнем этапе посадки (когда начиналось торможение «спускаемого аппарата» об атмосферу) на высоте 7 км, кресло катапультировалось из кабины. Через заданное время кресло опять автоматически отбрасывалось, но теперь уже от космонавта. Чтобы не мешать ему на своём парашюте благополучно опускаться на землю.
Рядом с настоящей обгоревшей кабиной в музее выставлено реальное кресло и реальный скафандр. И первой и второй экспонат – дублёры. То есть непосредственно в космосе они не были, но как запасные они были приготовлены на момент запуска космического корабля с земли в космос на случай разных непредвиденных обстоятельств.
Реальные дома, которые для кого-то являются родными, рано или поздно привлекают к себе внимание разных ротозеев, зевак, любопытствующих и «краеведов». Вот и «космические дома» с ними тоже встречаются (хотя кажется, залы музея всё чаще начинают пустовать).
Поэтому эссе «Кабина корабля – РОДНОЙ ДОМ космонавта» я решил завершить небольшой документальной зарисовкой: «Музейные СМОТРИТЕЛИ (о посетителях и сотрудниках)» (ремейк басен Крылова «Любопытный» и «Слон и Моська»)
Смотрительницам музея хлопот с посетителями сейчас не так много…

Добавить комментарий

Войти с помощью: