ФРИГА

Автор: Effortless Lesson

  • ЧЕГО ЗДЕСЬ НЕТ (описание игры и приёма)

    ЧЕГО ЗДЕСЬ НЕТ (описание игры и приёма)

    ЧЕГО ЗДЕСЬ НЕТ (описание игры и приёма)

    В.М.Букатов
    С.В.Фрига

    Сегодня на «педагогической летучке» зашла речь об одной детской книжке. В которой был, например, такой стишок – по улице мама шла с сыном за руку. И они играли — кто, что видит.

    — Я вижу дом! – говорит мама.
    — Я вижу кота! – говорю я.
    — Я вижу небо! – говорит мама.
    — Я вижу лужу! – говорю я…

    ЛЮБОПЫТНЫЙ

    И.А.Крылов

    «Приятель дорогой, здорово! Где ты был?» —
    «В Кунсткамере, мой друг! Часа там три ходил;
    Всё видел, высмотрел; от удивленья,
    Поверишь ли, не станет ни уменья
    Пересказать тебе, ни сил.
    Уж подлинно, что там чудес палата!
    Куда на выдумки природа таровата!
    Каких зверей, каких там птиц я не видал!
    Какие бабочки, букашки,
    10 Козявки, мушки, таракашки!
    Одни, как изумруд, другие, как коралл!
    Какие крохотны коровки!
    Есть, право, менее булавочной головки!» —
    «А видел ли слона? Каков собой на взгляд!
    Я чай, подумал ты, что гору встретил?» —
    «Да разве там он?» — «Там».— «Ну, братец, виноват:
    Слона-то я и не приметил».

    И так подряд несколько раз. Для поэзии – слабовато. Уж очень искусственно и скучно…

    Завязался разговор об игре. Игра интересная или нет?

    И тут Букатов возразил. Что даже из невзрачного можно извлечь своеобразную пользу. Например, идею поиграть НАОБОРОТ.

    То есть не в то, что «я здесь вижу», а в то чего «я здесь не вижу».

    Сначала мне показалось, что так играть невозможно. Тогда как Букатов приводит пример: представьте, что вы, идёте с дочкой по дороге, и говорите, что не видите СЛОНА. И интересуетесь у своей семилетки, а что же на нашей улице не видит она?

    Извилины в мозгу сразу пришли в движение. Возникло несколько вариантов. Захотелось ими поделиться. Захотелось посмотреть в какую сторону и дочку и меня будет заносить.

    На вечерней прогулке – я (мама), дочка (семилетка) и папа. Сначала дочка просила поиграть в её любимую игру ДА-НЕТки, но чтоб загадывала всегда только она.

    Потом я предложила игру-эстафету ЧЕГО ЗДЕСЬ НЕТ. Прям, без дополнительный уточнений.

    Муж подхватил первый, назвав вариант, прозвучавший на «летучке», – что нет здесь СЛОНА (!). Муж нашего разговора не слышал, но назвал СЛОНА. Интересно, почему слон так популярен? В голову приходит ассоциация с фразой из басни “ЛЮБОПЫТНЫЙ” Крылова: «…Слона-то я и не приметил». Лёд сразу тронулся.

    Бенкси. Слон в комнате


    Чего здесь нет по ассоциации

    Скоро стало заметно, что многие слова сами собой стали привязываться к тому, что нас окружало. К примеру, когда мы шли вдоль ручья, стали звучать слова: корабль, ласты, акваланг, гидроэлектростанция и пр.

    А когда подошли к вертикальному тонкому столбу, появились варианты – флаг и парус.

    Увидев же поле, сразу начали называть комбайны, трактора, коней и пр.

    Забава понравилась. Можно поиграть и в другой раз. Однозначно.

    Играем без рамок и ассоциаций

    Самое интересное было, когда назывались варианты, которые не были привязаны вообще ни к чему. И, тогда невольно начинаешь проверять – точно ли этого нигде здесь нет? И непроизвольно представляешь, как бы это здесь могло выглядеть. Отчего всем становилось очень смешно.

    Как же мы хохотали. Чего только не приходило нам в голову. И кольца Сатурна. И экзотические животные. И известные люди. И даже коронавирус.

    Около километра мы с упоением забавлялись этой игрой, то и дело сгибаясь пополам от смеха.

    Дочка назвала эту игру АНТИ-ВОЛШЕБНОЙ ПАЛОЧКОЙ.

    Даже не знаю, получилась бы у нас эта игровая импровизация, без тех многочисленных игр, которыми мы обычно развлекались во время вечерних прогулок.

    Думается, что ЧЕГО ЗДЕСЬ НЕТ – отличная игра. Вполне достойная, чтобы пополнить собой сборники игровых приёмов.

    Вопрос врасплох

    На следующий день днём, когда дочка играла в своей комнате, я внезапно спросила: «Чего здесь нет?»

    Она подняла на меня глаза и замерла в размышлениях. Ведь можно сказать миллион вариантов, но быстрого ответа именно поэтому нет. Потому что миллион вариантов и она копается что бы выбрать один. Даже на сложные вопросы ей нужно меньше времени для поиска ответа, а тут… В итоге она сказала, что здесь нет здесь — Муми Троллей. У этой истории есть интересное чувство. Когда задаёшь вопрос врасплох: «Чего здесь нет?, то сам начинаешь придумывать варианты, что могут ответить и потом сравнивать насколько далеки собственные варианты и вариант ответа…


    словесная игра

    ЧЕГО ЗДЕСЬ НЕТ (описание игры и приёма)

    Самое интересное было, когда назывались варианты, которые не были привязаны вообще ни к чему. И, тогда невольно начинаешь проверять – точно ли этого нигде здесь нет? И непроизвольно представляешь, как бы это здесь могло выглядеть. Отчего всем становилось очень смешно.

    нет комментариев

     

  • Волшебная палочка (описание игры и приёма)

    Волшебная палочка (описание игры и приёма)

     

    По материалам кн.: В.М. Букатов, А.П. Ершова
    «Хрестоматия игровых приемов обучения»
    (серия «Я иду на урок»; М., 2000 и 2002)

    «Волшебная палочка» — (ручка, карандаш, линейка и т. д.) переда­ется в классе в произвольном порядке. Передача палочки из рук в руки сопровождается речью по какому-то заранее заданному заказу-правилу.

    Например, передающий называет

    на математике: любое число, а принимающий — число на 2(3, 4) единицы больше(мень­ше);

    на русском языке: существительное — прилагательное(глагол) к нему;

    на литературе: название сказки, рассказа, повести — одного из персонажей этого произведения;

    на химии: вещество — его харак­теристику(органическое-неорганическое, металл-неметалл);

    на ис­тории: фамилию исторического деятеля — имя(или страну, или даты жизни).

    Если получающий не ответил, палочка возвращается в исходное положение и повторно «идет» к тому же собеседнику или меняет «адрес».

    Упражнение фиксирует момент диалога: услышал — ответил. Причем никто не знает, что он услышит, хотя проверить правиль­ность ответа может каждый. Быстрота, яркость, неожиданность сло­восочетаний возникает в том случае, если слушающий сразу за сло­вом передающего представляет реальную картину из жизни и, исходя из ее особенностей, дает свой ответ. Например:

    СТОЛ — стол с чернильными пятнам,
    стол со скатертью,
    раскладной стол,
    обеденный стол;

    БЕЖИТ — собака бежит,
    ручей бежит,
    девочка бежит,
    дорога бежит.

    Ребенку очень полезно на занятии использовать личный опыт. Задание-упражнение «Волшебная палочка» хорошо активизирует этот опыт.

    Задание может иметь много вариантов, каждый из которых в боль­шей или меньшей степени меняет внутренний смысл упражнения.

    Примеры вариантов:

    — при передаче «волшебной палочки» можно договориться об обязательном условии: глядеть друг другу в глаза;

    — говорящему становится видна оценка всеми присутствующими его слов, когда вводится такое условие: если кто-то из присутствую­щих ответил бы точно так же, то они встают;

    например, передающий: два плюс три — принимающий: пять (часть детей встает, они соглас­ны);

    но с помощью этого условия можно выявлять стереотипы и банальности,

    например, передающий: елка — принимающий: зеленая (все, кто ответил бы так же, встают; тут же можно и выяснить, какие бывают на свете елки: новогодние, засохшие, пушистые, в снегу, вы­сокие, с шишками, искусственные и т. д.); или трубочист — черный, мяч — круглый, небо — голубое и т. п.;

    — передающий выбирается (или назначается) один на всех, и тогда палочку каждый отвечающий возвращает ему в руки (если этот вариант использовать для работы всех детей, то он становится наиме­нее социо-игровым, если же все присутствующие разделились на малые группки и в них сами выбирают передающего и сами перевы­бирают его за какую-то оплошность, то тогда и этот вариант может стать жизненно ценным для занятия).

    См. также в разделе «Теория «режиссуры урока»»/ в блоке «Мастерство КОНСТРУИРОВАНИЯ и проведения дидактических игр»/ статью В.Букатова «ВОЛШЕБНАЯ ПАЛОЧКА школьной дидактики»

    Дополнительно см.: §1. О «Знатоках» и других вариантах «Волшебной палочки» [Ответные реплики-комментарии доктора педагогических наук В.М.Букатова к рассказу (конспекту) Р.Н. и О.А. о занятии с детьми  в подготовительной группе   (г.Сыктывкар)]

    Проверка домашнего задания с помощью «Видимо-невидимо» и   «Волшебной палочки» (5 кл., русск.яз.)

    .

    ВОЛШЕБНАЯ ПАЛОЧКА на родительском собрании


    родная педагогика

    ВОЛШЕБНАЯ ПАЛОЧКА школьной дидактики

    Если же учителю не нужно знать, как они думают, тогда вопросы следует ставить более корректно. То есть честно и напрямик спрашивать: «А как написано в учебнике?» — и устраивать соревнование, кто точнее.

    нет комментариев
    словесная игра

    ЧЕГО ЗДЕСЬ НЕТ (описание игры и приёма)

    Самое интересное было, когда назывались варианты, которые не были привязаны вообще ни к чему. И, тогда невольно начинаешь проверять – точно ли этого нигде здесь нет? И непроизвольно представляешь, как бы это здесь могло выглядеть. Отчего всем становилось очень смешно.

    нет комментариев
    социо игровая

    Волшебная палочка (описание игры и приёма)

    Ребенку очень полезно на занятии использовать личный опыт. Задание-упражнение«Волшебная палочка» хорошо активизирует этот опыт.

    нет комментариев
    герменевтика

    Герменевтические процедуры для детей

    Герменевтические процедуры. Последовательность игровых заданий и «простых физических действий» для обживания и поиску собственных смыслов, открытий и понимания.

    нет комментариев
    герменевтические процедуры

    Описание картины Густава Климта «Поцелуй» [1908-1909] (блуждание, обживание, рефлексия)

    Для меня осталось загадкой, что на картине? Любовь или принуждение, страсть или сопротивление. Она как будто и не против, но только лицом. И этот румянец, при всей общей бледности, к чему он? Она как будто без чувств. То ли от изнеможения, то ли от страха, то ли от безысходности… 

    нет комментариев

    ДИДАКТЧЕСКИЕ ИГРЫ (описание и перечень)

    Алфавитный перечень ДИДАКТИЧЕСКИХ ИГРОВЫХ ЗАДАНИЙ. Дидактические игры (деловые) или игровые задания позволяют выстроить деловые взаимоотношения и учителя с классом, и учеников друг с другом.

  • Приставки РАЗ/РАС (3кл)

    Разбор ПОЛЁТОВНачальные классы
    ________________________

    О программе «Перспективная начальная школа», золотых ключиках «режиссуры урока» и профессиональных советах, данных без всякой оглядки на министерские стандарты образования

    Присланное на сайт ОТКРЫТЫЙ УРОК от сельской учительницы начальных классов письмо и семь ответных реплик-советов-комментариев доктора педагогических наук В.М.Букатова

    СОДЕРЖАНИЕ

    Педагогическая поддержка оптимального развития каждого ребёнка (правописание приставок «раз-» и «рас-» в начальной школе: письмо Л.А., учительницы начальных классов)

    Семь реплик-комментариев с преамбулой, рассказами о «золотых ключиках» и советами-предложениями от В.М.Букатова

    Преамбула: Рецепт от драматурга Островского

    Реплика-комментарий 1: О проблеме реализации благих намерений

    Реплика-комментарий 2: Всего одна минута, или О первом «золотом ключике» учителя

    Реплика-комментарий 3: Федот, да не тот, или О неординарности условий обучения

    Реплика-комментарий 4: Конкретность предмета обсуждения, или О втором «золотом ключике» учителя

    Реплика-комментарий 5: Подноготная фронтальной работы на уроке, или О третьем «золотом ключике» учителя

    Реплика-комментарий 6: О ситуациях, когда «никто не откажется»

    Реплика-комментарий 7: Три совета-предложения из закромов герменевтики

    Совет первый [о буквальности] Совет второй [об информационной широте охвата материала] Совет третий [о личном опыте обучаемых]

    Педагогическая поддержка оптимального развития каждого ребёнка
    (правописание приставок «раз-» и «рас-» в начальной школе)

    Письмо Л.А., учительницы начальных классов, присланное на сайт ОТКРЫТЫЙ УРОК

    Я работаю в сельской школе по Учебно-методическому комплекту (УМК) «Перспективная начальная школа» пятый год. Федеральный стандарт нового поколения требует от авторов существующих программ начального образования формирования у каждого выпускника начальной школы целостной системы универсальных знаний, умений и навыков самостоятельной деятельности, гражданской ответственности и правового самосознания, духовности и культуры, инициативности, толерантности, способности к успешной социализации в обществе – то есть развитие личности школьника, его творческих способностей, интереса к учению, формирование желания и умения учиться, воспитание нравственных и эстетических чувств, эмоционально-ценностного позитивного отношения к себе и окружающим.

    Главной направляющей УМК «Перспективная начальная школа» является личностно-ориентированный подход к ребёнку с опорой на его жизненный опыт. Опыт ребёнка – это не только его возраст, но и тот образ мира, который определяется его укоренённостью в природно-предметной среде, это не только опыт городской жизни с развитой инфраструктурой, разнообразными источниками информации, но и опыт сельской жизни – с естественным природным ритмом жизни, сохранением целостной картины мира, удалённостью от крупных культурных объектов. 

    В основе создания комплекта учебников лежит обобщение опыта функционирования тех комплектов, которые сегодня популярны и результативны в начальной школе. Концепция УМК «Перспективная начальная школа» разработана с учётом сильных сторон всех направлений. Идея УМК – оптимальное развитие каждого ребёнка на основе педагогической поддержки его индивидуальности в условиях специально организованной учебной деятельности, где ученик выступает то в роли обучаемого, то в роли обучающегося, то в роли организатора учебной ситуации. Система заданий разного уровня трудности, сочетание индивидуальной учебной деятельности ребёнка с его работой в малых группах и участием в клубной работе обеспечивают условия, при которых обучение идёт впереди развития.

    Реплика-комментарий 1
    О проблеме реализации благих намерений

    Обращаясь к читателям сайта ОТКРЫТЫЙ УРОК: www.openlesson.ru и моему инициативному корреспонденту – уважаемой Л.А. – специально подчеркну, что все последователи социо-игровой педагогики и все учителя-экспериментаторы (есть у меня и такие) работают по совершенно разным программам, направлениям, методикам, существующим в современной системе образования. «Режиссура урока» достаточно универсальна, и её социо-игровая разновидность является всего лишь одним из возможных вариантов.

    В дополнение поясню, что основной смысл социо-игрового стиля обучения в том, чтобы помочь учителю найти в своей работе свой собственный почерк, изюминку, индивидуальность своего стиля в следовании добровольно выбранному методическому направлению. Поэтому я всегда искренне приветствую и тех учителей, которые ещё только пытаются следовать какой-то учебной программе, и тех, которые, чувствуя себя уже далеко не новичками, не покладая рук усердно реализуют весь комплекс соответствующих программных рекомендаций, приёмов, целей и наставлений.

    Напомню, что герменевтика, являющаяся одним из краеугольных камней в методологии социо-игровых технологий обучения, возникла как наука об искусстве толкования. Поэтому заглянуть в её кладовые оказывается с руки любому человеку, как только у того появляется задача что-то понять, в чём-то разобраться или как-то сообразить, что, с чем, почему и как связано. Вот и у учителя, работающего по той или иной программе, методике или технологии, время от времени подобные задачи возникают обязательно…

    Уважаемая Л.А., даже без герменевтических заморочек и интерпретаций видно, что преамбула к присланному вами конспекту урока грандиозна. В двух абзацах вам удалось перечислить столько замечательных формулировок педагогических намерений, что у меня создалось впечатление исчерпанности «до дна»: тут и целостность, и универсальность, и духовность, и правовое сознание, и толерантность, и личностно-ориентированный подход, и социализация, и опора на жизненный опыт ребёнка… Всё это замечательно, и я рад, что вы равняетесь в своей повседневной работе с детьми на столь замечательную совокупность указателей, на которые – судя по письму – вас ориентирует Учебно-методический комплект «Перспективная начальная школа».

    Только я не понял, что же в вашей работе обеспечивает реализацию этих прекрасных лозунгов. У моих последователей для достижения подобных намерений есть ТРИ ЗОЛОТЫХ ПРАВИЛА (настолько конкретных, что их вполне можно назвать тремя «золотыми ключиками»). А что у вас – не знаю. Поэтому предлагаю посмотреть (в компании со всеми желающими) на присланный вами урок с конкретных позиций этих самых «золотых ключиков».

    Представляю урок – заседание Клуба по русскому языку.

    Тема урока: Как пишутся приставки раз-, рас-.

    Цели урока

    1. Формировать умение правильно писать слова с приставками на з-, с-.
    2. Развивать умения формулировать и выводить правила.
    3. Прививать интерес к родному языку, расширять словарный запас.

    Пособия к уроку: тетради на печатной основе, таблица приставок, учебник II и III части.

    Ход урока

    I. Организационный момент.
    – Начинаем очередное заседание клуба. (Представляется ведущий очередного заседания.)
    – Хотите знать тему сегодняшнего заседания?
    (Открывается доска, на ней тема: «Как пишутся приставки?»)
    – Что вы можете сказать про приставки? (См. Репл.-комм.6: совет первый)

    II. Работа над новым материалом.
    – Что же вы ещё не знаете про приставки? Чтобы разобраться в этом непростом вопросе (см. Репл.-комм.5), выполните, пожалуйста, такое задание, откройте обратный словарь на странице 179 и выпишите в два столбика глаголы на —ать с приставками раз- и рас-.
    а) Выполнение задания (самостоятельно).

    разломать ____ распечатать
    разбросать
    ___ расписать
    разболтать
    ___ раскатать
    размешать
    ___ расхватать
    разгрызть
    ____ рассчитать
    расшатать
    растоптать
    расслышать

    – Подчеркните в каждом слове букву, с которой начинается корень.
    – Что-нибудь заметили при написании? Какая приставка пишется, если корень начинается со звонкого согласного? А если с глухого согласного? (См. Репл.-комм.6 и Репл.-комм.7: совет второй)

    б) Выполнение упражнения 11; самостоятельно. (Задание. Запиши слова: разобидеть, разубедить, разоружить, разодеться.)
    Слово предоставляется эксперту – ученику, который активно работал над первым заданием.
    – Выделите в словах приставку. Какая приставка присутствует в этих словах? А какая буква пишется на конце этих приставок? Подчеркните её. А теперь назовите букву, с которой начинается корень каждого слова. Какой звук она обозначает? Какой же вывод вы сможете сделать на сегодняшнем нашем заседании клуба? (См. Репл.-комм.4)

    в) Делается вывод, формулируется правило самими детьми.
    Говорит председатель сегодняшнего заседания:
    – Сравните с правилом, данным в учебнике на странице 18.
    Костя Погодин сказал, что корни диктуют выбор приставки. Так ли это?

    Высказывания учеников:

    – Если приставка заканчивается на буквы з или с, то корни заставляют к себе прислушиваться! – соглашается Анишит Йокоповна.

    III. Динамическая минутка.
    – Поиграем в игру: если называется слово с приставкой на раз- , то вы топаете, если на рас-, то вы хлопаете.
    Слова: разогнаться, растоптать, разуться, распечатать, разбежаться, растолкать, раздеть, разгневаться, разодеться. (Слова могут задаваться и самими ребятами как соревнование между рядами). (См. Репл.-комм.2 и Репл.-комм.3)

    IV. Работа по закреплению.
    а) Выполнение упражнения из печатной тетради, страница 11 упражнение 12 предлагается для самостоятельной работы с последующей проверкой (проверка в парах). (См. Репл.-комм.5)

    б) Словарная работа над словом кремль.
    – Что такое кремль? На какую часть слова нужно обратить внимание? Что вы должны запомнить в этом слове? Вставьте новое слово в стихотворение. Выполните задание, данное в упражнении.

    в) Выполнение упражнения 12 из учебника с комментированием. (Учитель вступает в свои полномочия.) (См. Репл.-комм.4)
    – Вы заметили, что в данном тексте есть слово без окончания? Какое это слово? Давайте докажем, что слово какаду не имеет окончания. Как это можно доказать? Конечно, нужно это слово просклонять.
    (Падежи с вопросами можно приготовить заранее)
    – Вспомните, что такое окончание? Посмотрите на сделанную запись и скажите, есть ли в слове какаду изменяемая часть? Такой части нет, следовательно, и окончания нет. (См. Репл.-комм.7: совет третий)
    – Следующее задание будет таким: к выделенным словам подставьте начальную форму глагола и покажите стрелочкой, как они образовались, выделите приставки.

    V. Итог урока. (Вопрос задаёт учитель.)
    – Что же вы сегодня выяснили на заседании клуба? (См. Репл.-комм.7: совет первый) А как вы думаете, будет ли распространяться это же правило в отношении приставок из-/ис-, без-/бес-, воз-/вос-? С этими приставками мы познакомимся на следующем уроке.
    Д.\з. по тетради с. 9 уп. 9

    Семь реплик-комментариев с преамбулой, рассказами о «золотых ключиках» и советами-предложениями от В.М.Букатова

    Уважаемая Л.А. Наконец-то я немного разгрузился и могу спокойно взяться за написание более или менее обстоятельного ответа. Извините за задержку, но лучше поздно, чем никогда. В связи с этим вспомнилась мне вот какая поучительная байка-быль.

    Преамбула
    Рецепт от драматурга Островского

    Во времена знаменитого драматурга А.Н Островского – гениального «живописца купеческого быта» – один из начинающих молодых литераторов уж очень сильно хлопотал и суетился по поводу публикации своей только что сочинённой пьесы. Её никто печатать не хотел, поэтому он с пеной у рта в сотый раз всем доказывал, что его пьеса такая злободневная, что общество, познакомившись с её содержанием, немедленно встанет на путь исправления.

    И вот одну из таких пламенных тирад молодого драматурга в очередной редакции услышал сам корифей отечественной драматургии А.Н.Островский. В ответ он бесхитростно поинтересовался у разгорячённого ритора: а чем, собственно, плохо, если пьесу опубликуют, скажем, через год-другой? Молодой автор, выпучив глаза, пустился объяснять, что спешить вынуждает сама злободневность темы… Великий драматург не дослушал: «Если у автора есть подозрение, – сказал он, – что его пьеса через год-другой может устареть, то такую пьесу лучше вообще не печатать. Ну а если автор уверен, что злободневность его сочинения не потускнеет, то тогда зачем спешить? Ведь если рукопись напечатать, скажем, лет через десять, то вероятность её внимательного прочтения в обществе значительно увеличится».


     


    Реплика-комментарий 2
    Всего одна минута, или О первом «золотом ключике» учителя

    ДВИГАТЕЛЬНАЯ АКТИВНОСТЬ – первый «золотой ключик» к режиссуре любого урока. Своих последователей я настраиваю на то, чтобы деятельность учеников на уроке была бы как можно больше связана с их собственной подвижностью – добровольной, свободной и непроизвольной! Если перелистать учительские отчеты-рассказы, помещённые на сайте в предметных блоках раздела САМ СЕБЕ РЕЖИССЁР, то можно увидеть, что степень двигательной активность учеников у разных учителей разная. У кого-то ученики двигаются поменьше, у кого-то побольше. Всё это зависит и от личной смелости каждого конкретного учителя, и от накопленного им профессионального опыта, и от достигнутых им высот педагогического мастерства.

    Ну а как с двигательной активностью учеников дело обстоит в присланном конспекте? Заглянув в него, находим «динамическую минутку», исходный смысл которой напоминает традиционную игру «Летает – не летает».

    Разберёмся, насколько же эта минутка действительно динамична. По условию, ученики либо топают, либо хлопают. То есть двигательная активность вроде бы налицо, но её амплитуда – не ахти (я даже понять не могу из описания, стоя или сидя выполняют ученики это задание). А можно ли было это задание провести как-нибудь по-другому? Вполне.

    Например, учительница говорит:

    – Кто считает, что в слове, которое я скажу, пишется РАС, бежит в правый угол. А кто РАЗ – в левый.

    После чего она произносит РАЗГНЕВАТЬСЯ, и дети бегут по разным углам. А потом друг другу доказывают свою правоту! Интересно, кто кого переманит на свою сторону, точнее в свой уголок.

    В случае неразрешимости проблемы спорщики обращаются к «кирпичу» – орфографическому словарю, изданному Академией наук – и там ищут истину. Ведь с академиками не спорят – как там написано, так и правильно.

    Двигательной активности в таком варианте (как впрочем, и многого другого, например, коммуникативного развития учеников, их социализации и т.д.) будет у детей явно больше и по амплитуде, и по разнообразию.

    Правда «минутка», предусмотренная в конспекте урока, наверняка начнёт претендовать на «пятиминутку». Что, пожалуй, и к лучшему, ведь за эти 5 минут аж половину из заявленных в начале письма лозунгов можно будет воплотить в самой что ни на есть реальной деятельности учеников.


    Реплика-комментарий 3
    Федот, да не тот, или О неординарности условий обучения

    Для любителей проводить уроки в захватывающем темпо/ритме особо отмечу, что даже в предложенном варианте двигательную активность учеников можно увеличить ещё больше. Например, с помощью такой простенькой игровой приставочки. После произнесения очередного учебного слова учительница громко, размеренно и отчётливо скандирует: «РА-АЗ, ДВА-А, ТРИ-И – ЗАМРИ

    Уверен, что азарта, суеты (а стало быть, и двигательной активности) от подобной игровой добавки будет «пруд пруди». И если у учителя ситуативная интуиция и(или) профессиональная смекалка работает исправно, то он, конечно, сам сообразит, что игровая суетливость, ученические огрехи и учебные недоразумения, которые будут возникать в создавшейся толчее, пойдут детям только на пользу (в том числе повышая и их грамотность). Потому что именно с их помощью – с помощью неординарных заданий – в учениках начинают реально формироваться и тренироваться все требуемые программой учебные умения и навыки.

    Но это мы всё занимались так называемой «минуткой». А ведь кроме неё, есть и другие эпизоды урока. Как же там обстоит дело с двигательной активностью учеников? Заглянув в текст, обнаруживаем, что никак. Прописана, в основном, активность учителя!

    Если же мы откроем отчёты последователей и учителей экспериментаторов, размещённых на сайте, то увидим, что отнюдь не все стремятся, удовлетворяясь конспективной краткостью, подробно прописывать двигательную активность учеников. Но она легко расшифровывается из тех заданий, которые даёт учитель ученикам!

    У вас же на уроке, уважаемая Л.А., несмотря на наличие специальной «динамической минутки», двигательная активность учеников была ограниченной, угнетённой, сдержанной. Как говорится, «Федот, да не тот». Тогда как от психологов – аж со времён Л.С.Выготского – мы постоянно слышим напоминания, что психическое развитие ребёнка напрямую связано с его возможностью свободно двигаться. А кто у нас на уроках имеет возможность свободно двигаться? Учитель. Вот и получается, что, в основном, он-то и «развивается» на своих уроках. И многие учебные программы ему в том весьма ловко потворствуют…


    Реплика-комментарий 4
    Конкретность предмета обсуждения, или О втором «золотом ключике» учителя

    СМЕНА «всего и вся» – второй «золотой ключик» к режиссуре любого урока. На уроках, построенных на традиционной режиссуре, можно обнаружить смену этапов урока, видов деятельности, учебных заданий, то есть «смену» неких абстракций и обобщений. Но это не мешает царить на них дремучей монотонности в мизансценах, в распределении ролей и инициативы.

    В конспекте, в том месте, где говориться, что ученики выполняют письменное упражнение, есть упоминание, что учитель вступает в свои полномочия. Но до этого он их никому и не передавал. Полномочия (или роль) ведущего, как была в его руках, так и у него и оставалась. На уроке лидером был только учитель: только он распоряжался, что и как делать, только по его желанию определялось начало и конец в выполнении задания, только он исполнял роль судьи, только он мог вслух сообщить своё мнение, порицающее или одобряющее работу того или иного ученика. Как правило, отсутствие смены ролей связано с отсутствием и смены мизансцен на уроке.

    Приглядевшись к лексике присланного конспекта, находим взаимосвязь статичности мизансцен, в которых находятся присутствующие, со статичностью распределения ролей. В идеале ученики смирно сидят, подымают руки, отвечают по вызову, внимательно слушают и с готовностью соглашаются. Тогда как учитель весь урок доминирует-диктует, вопрошает-задаёт, судит-оценивает. Отражение этого уклада можно обнаружить в глаголах выполните, откройте, подчеркните (это я цитирую слова из раздела «Работа над новым материалом»).

    А могут ли на месте этих глаголов быть какие-то другие? Перелистайте учительские отчёты, обратите внимание на этап работы с новым учебным материалом: какие глаголы понадобились учителю, чтобы более или менее (кто как) описать происходившее. Вот передо мной лежит стопочка свеженьких отчётов из Ермолинской школы. Перелистываю, обращая внимание на глаголы. Выборочно приведу некоторые из них: объединяются (в малые группы); выбирают (посыльных); передают (соседней команде); меняются (местами для проверки).

    В глаголах этих некоторые читатели прежде всего увидят указание на двигательную активность учеников, но внимание на этой проблеме мы уже концентрировали в двух предыдущих репликах-комментариях. Сейчас же особо обратим внимание на то, как в этих глаголах отражается разнообразие в распределении инициативы и изменении мизансцен.

    Легче всего обсуждать разнообразие мизансцен. Предмет обсуждения конкретен. Если глаголы в первом варианте – откройте, выпишите, подчеркните – явно предполагают сохранение одной и той же привычной мизансцены (в которой ученики всё сидят и сидят, крепко связанные дисциплиной), то – объединяются в команды или меняются командными местами – явно указывает на изменение* учениками предшествующих мизансцен.

    * Если на сайте открыть письма-отчёты с меткой «фотохроника», то можно на фотографиях увидеть, сколь разнообразны и естественны могут быть рабочие мизансцены на уроках и в средней, и в начальной школе. Например, «РЕЖИССУРА УРОКА во 2 кл», «Географическое положение Африки (7 кл)», «Открытый урок по закреплению пройденного (русск. яз., 5 кл)» или Фоторепортаж А.В.Ваганова о моём МАСТЕР-КЛАССЕ для педагогов, психологов и студентов: Как организовать импровизированный ТЕАТР ТЕНЕЙ.

    В тех же глаголах можно увидеть изменения (правда, не в столь ярких проявлениях) и по «доминированию», то есть по роли лидера на уроке. Одно дело – распоряжается и командует учитель, и другое – дети сами решают, кому с кем (или по какой считалочке) в какую команду «здесь и сейчас» стоит объединяться.

    Вспомним, что на традиционных уроках со сменой ролей дело обстоит совсем просто. Обычно роли раздаёт только учитель. Сначала всем – роль «дисциплинированных учеников». Затем кому-то и на чуть-чуть – роль «отвечающего на поставленный вопрос». А вот с ролью «верховного судьи» учителя традиционно предпочитают вообще не расставаться.

    В конспекте, правда, проскальзывает некий «эксперт», но судейской функцией он не наделяется вовсе. Им становится тот ученик, кто понравился учителю при выполнении предыдущего задания. И отвечая на вопросы учителя, он, по сути дела, судит сам себя, рассказывая о том, как он сделал упражнение. А учитель наводящими вопросами подводит его к выводу, надеясь, что все остальные ученики не только внимательно выслушают, но и навсегда запомнят (?!) его «правильный ответ». Хотя ответ этот произносился не для них. Да и возник он не по их «запросу» и не в ситуации «острейшей необходимости».


    Реплика-комментарий 5
    Подноготная фронтальной работы на уроке, или О третьем «золотом ключике» учителя

    РАБОТА «МАЛЫХ ГРУПП» – третий «золотой ключик» режиссуры урока по любой учебной теме. Правда, учителям уж очень привычна монотонность «парной работы», которая проявляется в двух традиционных формах: «учитель – ученик» и «ученик – ученик».

    Известно, что если в классе 25 учеников, то на уроке 25 пар «учитель – ученик». Обычно предполагается, что фронтальная работа является формой коллективной работы на уроке. На самом же деле она сводится всего лишь к «парной работе», где в 25 парах лидерскую позицию всё время занимает исключительно учитель. В такой работе есть свои преимущества, но, когда изо дня в день и из урока в урок обучение ведётся только во фронтально-пáрном режиме, то преимущества начинают меркнуть. Тогда как недостатки начинают усиливаться, концентрироваться и крепнуть.

    Для учеников работа в парах «ученик – ученик» всё же лучше, чем в паре «учитель – ученик». Возникают ученические пары, как правило, по принципу «кто с кем сидит». Но если сравнивать работу учеников в парах и в малых группах сменного состава, то результативность в последнем случае явно выше. Именно в малых группах, временно создаваемых по какому-то случайно-игровому принципу, многим ученикам становится посильно и увлекательно «прыгать выше своей головы», то есть выдавать креативность вне зависимости от предыдущего уровня своей успеваемости или усвоенных знаний.

    Обо всём этом можно почитать в материалах сайта ОТКРЫТЫЙ УРОК: www.openlesson.ru. Сейчас же я только несколькими штрихами обрисую пару возможных вариантов групповых работ.

    Когда класс по жребию объединяется на рабочие тройки (на что может уйти буквально полторы минутки урока), даётся ещё ровно полторы минутки на составление командного списка ПРИСТАВОК, которые находятся у них в домах.

    Ровно через полторы минуты посыльные выводят на доске числовой показатель своего перечня. Та тройка, у которой число оказалось самым большим, зачитывает свой список. После чего даётся только одна(!) минутка, для того чтобы тройки, крутя во все стороны головами, составили список ПРИСТАВОК, находящихся в классе.

    В одиночку редко кто из учеников может вовремя сориентироваться и за столь короткий срок найти для списка хоть что-нибудь. А вот в тройках – обычное дело. И ученики, подпитываясь смекалкой то друг от друга, то от соседей, неожиданно обнаруживают, что вокруг находится много предметов, у которых есть своеобразные приставки. Например, у двери есть приставка – дверная ручка. А у светильника – выключатель.

    Даже если какая из троек не смогла внести в свой перечень ни одного предмета, то выслушивать перечни других команд они будут очень внимательно (что скажется на повышении общей работоспособности).

    Опыт показывает, что при зачитывании списков некоторые варианты будут оспариваться. Например, можно ли считать приставкой к классной доске тряпку для стирания мела? Или поддон под горшком с комнатным цветком? Те, кто ЗА, и те, кто ПРОТИВ, должны будут аргументировать своё мнение. В результате функции приставок будут изучены детьми досконально, что явно поможет проявляться их зоркости при поиске и обнаружении приставок во время грамматического разбора, выполнения упражнений и письменного выражения своих мыслей.

    Конечно, времени на такое задание может понадобиться немало. Но зато и углубление будет знатным. А, значит, и результаты (правда отсроченные) – отменными…


    Реплика-комментарий 6
    О ситуациях, когда «никто не откажется»

    Учителям часто кажется, что групповая работа – одно баловство. Дескать, соберутся ученики в тёпленький междусобойчик и начнут бить баклуши. Один что-нибудь для отписки начиркает на листочке, чтобы учителю от всей группы сдать, и все будут довольны, что от работы удалось увильнуть.

    Что ж, оно именно так и бывает, если учитель вольно или невольно занимается халтурой. Ведь это не групповая работа, а групповое безделье (на самом деле для детей весьма утомительное). И подобные случаи у нас давно разобраны (открыть в новом окне). А вот когда задание было подобранно с умом, то отлынивающих от работы просто не бывает. Например, в конспекте сказано, что ученики открывают учебник на 179 странице и выписывают глаголы на —ать с приставками раз- и рас-. Думается, что если такое задание дать тройкам, то особого энтузиазма оно не вызовет.

    Другое дело – все тройки берут из шкафа детские книжки (разные или одинаковые из так называемых «коллективок», всегда имеющихся в начальной школе) и за две минуты ищут и выписывают слова. Прогуляться к шкафу и своей рукой взять книжку никто не откажется. Перелистать страницы и глянуть на картинки тоже захочется всем. А тут тройки увидят, что кто-то из соседей уже что-то нашли и уже начали выписывать. Эпидемия деловитости захватывает класс. Конечно, она не будет витать бесконечно и рано или поздно кончится, но этого уже будет достаточно, чтобы большее число учеников не на шутку увлеклись выискиванием слов с нужными приставками (что и на самом деле довольно сложно).

    Из любопытства я взял наугад из своей коллекции несколько детских книжек. В книжке В.Бианки «Кто чем поёт» я не нашёл ни одного примера. Зато у В.Сутеева в «Палочке выручалочке» я отыскал: разговаривают, [за] разговором, разбежался, растерялся, размахнулся (негусто, но зато и раз- и рас-, то есть оба варианта). А вот в его же сказке «Петух и краски»: нераскрашенный, раскрасила, раскрась, раскрасить. А в сатирической сказке «Это что за птица?» я не нашёл вообще ни одного слова с нужной приставкой.

    Из всего этого я сделал вывод: если класс в хорошей работоспособной форме, то азарт я стал бы строить на том, что все тройки берут разные книжки, но слова выписывают не на листочке, а на доске (с указанием страницы). А вот если деловые параметры класса ещё слабоваты, то я бы всем дал какую-нибудь коллективку типа «Палочки-выручалочки». А уж потом ученики открыли бы учебник на стр. 179, чтобы примерами оттуда дополнить свои перечни…


    Реплика-комментарий 7
    Три совета-предложения из закромов герменевтики

    Всё, о чем мы до этого говорили, было связано с вопросом: какими приёмами, способами и технологиями можно обеспечить реализацию замечательных задач и целей обучения, сформулированных в программе «Перспективная начальная школа»? И я на примерах попытался показать, как подобные намерения реализуются в работе учителей, когда те следуют ТРЁМ ЗОЛОТЫМ ПРАВИЛАМ социо/игровой педагогики.

    В очередной раз напомню, что одним из краеугольных камней социо/игровой «режиссуры урока» является ГЕРМЕНЕВТИКА – наука об искусстве толкования. И если на содержание присланного конспекта посмотреть с этого краеугольного валуна герменевтических премудростей, то тем для разговоров, обсуждений и выяснений может возникнуть несколько. Но я ограничусь только тремя советами-предложениями.

    Совет первый. Почаще вспоминать о буквальности – о буквальности понимания! Даже когда вы имеете дело со словами и терминами, казалось бы, вам давно знакомыми и привычными. Именно буквальность понимания порой может существенно расширить диапазон методических импровизаций учителя. Например, цитирую: «Начинаем очередное заседание клуба». Что такое КЛУБ? Что такое ЗАСЕДАНИЕ клуба?

    Какие представления о клубах имеются у современных сельских школьников? Это там, где дискотека и лёгкие наркотики? Или где команды соревнуются, как КВН по центральному телевидению? Или где вовсю смешат зрителей, как в Комеди Клаб на телевизионном канале ТНТ? Или это ночные клубы из западных фильмов или чьих-то рассказов?

    Что такое заседание? Ведь это не только, когда люди просто сидят, как школьники на обычном уроке. Ученики знают, что на родительском собрании родители в их классе сидят за этими же партами, но заседанием это не называется…

    Если при подготовке к уроку учителя будут почаще вспоминать об эффекте буквального понимания употребляемых слов, то уже одно это не только будет способствовать сближению учительских и ученических пониманий, но и может наталкивать учителей на очередные неординарные решения в проведении очередных уроков.

    Совет второй. Почаще при повторении ранее пройденного (или его вспоминании) сопутствующую информацию захватывать широко, чтобы очерчивать контекст повторяемых знаний. Например, перед упоминанием о глухих и звонких согласных предложить ученикам вспомнить и посчитать, сколько согласных в нашем алфавите, которые не являются парными по звонкости/глухости.

    Потом на основе результатов выполнения этого подсчёта можно предложить привести примеры с корнями на эти согласные (разлюбить, расчесать), чтобы понять (или обсудить), работает ли изучаемое правило в тех случаях.

    Организация таких разговороров-выяснений-обсуждений влияет на формирование «грамотного письма» у школьников больше, чем бесконечное переписывание ими заданных упражнений и дисциплинированное «толерантное» выслушивание набивших оскомину учительских наставлений…

    Совет третий. Почаще вспоминать о бережном отношении к эмоционально-личностному опыту детей и возможным неожиданностям в смысловой его связи с изучаемым материалом. Учителя частенько, если и планируют обращение к опыту учеников или к их мнению, то ещё как следует не выяснив его, сразу же начинают излагать свой «правильный» вариант ответа.

    В конспекте подобную ситуацию можно обнаружить, например, при доказательстве что «слово какаду не имеет окончания». Ведь при вопросе, как склоняется какаду, дети на полном серьёзе могут предложить такие варианты:

    Налить воду какаде.
    Дать бананы голодным какадам.
    Какие гнёзда у какад? и т.д.

    В замечательный книжке «От двух до пяти» К.И.Чуковский ещё в прошлом веке доказал, сколь необходимо детям собственное «словотворчество» для эффективного усвоения ими норм родного языка. А тут учитель не дал им возможности высказаться, послушать варианты сверстников, запутаться, сразу «заткнув» их «правильным»(?) доказательством.

    Давайте помнить, что ученики – носители родного языка, и поэтому они имеют право и должны быть уверены, что раз они в своём разговоре могут к данному слову «приладить» то или иное окончание, то как носители родного языка они имеют право это своё мнение отразить «на письме». Другое дело – «усвоение грамматической нормы». Тут нужно учитывать уже не своё мнение, а рекомендации орфографического словаря.

    Другими словами – ситуация была непростая и требовала неспешного выяснения. Но учительница «на всех парах» неслась вперёд, оставляя учеников далеко позади. Цитирую:

    – Посмотрите на сделанную запись и скажите, есть ли в слове «какаду» изменяемая часть? Такой части нет, следовательно, и окончания нет.

    После этой цитаты как не вспомнить лозунги, щедро перечисленные в преамбуле к конспекту: «…Личностно-ориентированный подход к ребёнку с опорой на его жизненный опыт. Опыт ребёнка – это не только его возраст, но и тот образ мира, который определяется его укоренённостью в природно-предметной среде, это не только опыт городской жизни с развитой инфраструктурой, разнообразными источниками информации, но и опыт сельской жизни – с естественным природным ритмом жизни, сохранением целостной картины мира, удалённостью от крупных культурных объектов. […] Идея УМК – оптимальное развитие каждого ребёнка на основе педагогической поддержки его индивидуальности в условиях специально организованной учебной деятельности…» Ну прямо как в «Гамлете» у Шекспира: «Слова, слова, слова…»


    Уважаемая Л.А., несмотря на мои экивоки в вашу сторону, ещё раз благодарю вас за инициативу, за письмо, присланное на сайт, за возможность высказаться по животрепещущему для многих учителей вопросу.

    Спасибо и за ваши личные педагогические поиски и желание повышать свою квалификацию. Детям, которые к приходят к Вам учиться, это явно может пойти на пользу.

    Надеюсь, что в моих семи репликах вы (как и кто-то из посетителей сайта) сможете отыскать нечто полезное для себя, для своих уроков, для реализации УМК «Перспективная начальная школа».

    С ожиданием ответных писем с рассказами, вопросами, недоумениями и проблемами

    Вячеслав Букатов

     
     
  • Быль и небыль об ирландской огранке «магического кристалла» А.С.Пушкина

    Быль и небыль об ирландской огранке «магического кристалла» А.С.Пушкина

    В.М. Букатов

    (в разное время высказанные доказательства, мнения и догадки об отражении в «Евгении Онегине» литературного авангардизма XVIII века

     

    Статья создана в апреле-мае 2020 года для сборника литературоведческих работ Самарского государственного социально-педагогического университета

     

    СОДЕРЖАНИЕ

     


    Библиография

    1. Алексеев М.П. Ч.Р Метьюрин и его «Мельмот Скиталец» // Метьюрин Ч.Р. Мельмот Скиталец.– М.: Наука, 1983.– С. 531-638.– (серия: Литературные памятники)
    2. Ахматова А.А. О Пушкине: статьи и заметки.– 3-е изд, испр. и дополн.– М.: Книга,1989.– 368 с.– (серия: Пушкинская библиотека, 1989-1999).
    3. Букатов В.М. Мя(!)тель как потаённый клад терпких для читателя пилюль от стремления к самообману: Доклад на Международной научной конференции «Психология, литература, кино в диалоге с театром» (Москва, 04.12.2019).– [Электронный ресурс].
      Режим доступа: https://effortlesson.com/myatel-pushkina/
    4. Букатов В.М. Новое в иллюстрировании романа «Евгений Онегин»: годы 1930-е // Венок Пушкину (1837-1987): Альманах библиофила. Выпуск XXIII.– М.: Книга, 1987.– С. 265-274.
    5. Букатов В.М. Тайнопись «бессмыслиц» в поэзии Пушкина: Очерки по практической герменевтике.– М.: МПСИ: Флинта, 1999.– 128 с.
    6. Козаровецкий В.А. Глава 5. Кто написал «Евгения Онегина» [Электронный ресурс]// Козаровецкий В.А. Тайна Пушкина: «Диплом рогоносца» и другие мистификации.– М., Алгоритм, 2012. Режим доступа: http://pushkin-lit.ru/pushkin/bio/kozaroveckij-tajna-pushkina/kto-napisal-evgeniya-onegina.htm
    7. Лотман Ю.М. Роман А.С.Пушкина «Евгений Онегин». Комментарий: Пособие для учителя.– Л.: Просвещение, 1983.– 416 с.
    8. Метьюрин Ч.Р. Мельмот Скиталец.– М.: Наука, 1983.– 704 с.– (серия: Литературные памятники)
    9. Стерн Л. Жизнь и мнения Тристрама Шенди, джентлимена. / перевод и примечание А.А. Франковского.– М.: Л.: Гос. изд. худож. лит., 1949.– 687 с.
    10. Тархов А.Е. Судьба Евгения Онегина // Пушкин А.С. Евгений Онегин.– М.: Худ. лит., 1978.– С. 5-28.– (серия: Школьная библиотека – ШБ).
    11. Тархов А.Е. «Даль свободного романа» // Пушкин А.С. Евгений Онегин.– М.: Худ. лит., 1978.– С. 2001-301.– (серия: Школьная библиотека – ШБ).
    12. Шкловский В.Б. «Евгений Онегин» (Пушкин и Стерн) // Очерки по поэтике Пушкина.– Берлин: Эпоха, 1923. – С. 197-220.
    13. Шкловский В.Б. О теории прозы. – М.: Советский писатель, 1983.– 384 с.
    14. Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона (в 86 т): Том XXXIА (62): Статика-Судоустройство.– СПб.,1901. – 503 с.

     

  • ОСОЗНАНИЕ КАК ПОРЧА

    ОСОЗНАНИЕ КАК ПОРЧА

    Из статьи: Быль и небыль об ирландской огранке «магического кристалла» А.С.Пушкина, созданной в апреле-мае 2020 года для сборника литературоведческих работ Самарского государственного социально-педагогического университета

    ОСОЗНАНИЕ КАК ПОРЧА

    В.М.Букатов

     

    (в разное время высказанные доказательства, мнения и догадки об отражении в «Евгении Онегине» литературного авангардизма XVIII века

     

    Когда Пушкин готовил полное издание «Евгения Онегина», то он прибег к нововведению – после раздела примечаний поместил «Отрывки из путешествия Онегина», составленные из материала «пропущенной» главы. Эти «Отрывки…» долгое время воспринимались специалистами как «приложение» к роману. Поэтому и в разных изданиях они помещались то до авторских примечаний вместе с материалами X главы, то после. В настоящее время материалы X главы в канонический текст романа не входят. А «Отрывки из путешествия Онегина» публикуются сразу после раздела авторских примечаний к «Евгению Онегину». 

    Ю.М.Лотман в книге комментариев к пушкинскому роману подчеркивает, что «Путешествие Онегина» и «Паломничество Чайльд-Гарольда» в сознании как автора, так и читателей «не могут не связываться» [7, с.378]. К этому нам остаётся добавить про мнимую или подлинную видимость «ирландского следа» на «Странствии» (так в общем плане издания, составленном Пушкиным после завершения работы над романом, именовалось путешествие Онегина).  

    Дело в том, что у Стерна материалы, которые потом вошли в два самостоятельных томика его второго романа, первоначально собирались как эпизоды для романа «Тристрам Шенди». Поэтому в них участвует уже известная по первому роману троица персонажей –  Тристрам, Йорик (сельский священник) и Евгений (так называемый друг Йорика). 

    Но по ходу работы Стерн изменил свои планы и оформил эти материалы в два небольших томика нового самостоятельного романа — «Сентиментальное путешествие по Франции и Италии». Название которого стало нарицательным для  сентиментального направления в литературе [14, с.631]. 

    И в качестве завершения – поучительная цитата из пятой главы «Звенья искусства не повторяют друг друга. Вновь о сходстве несходного» монографии В.Б. Шкловского «О теории прозы. 1982 г.».


    В.Шкловский: Не забудем, что и Пушкин, и Лев Толстой по-разному учились у Стерна.

    Пушкин, анализируя эротический момент в произведениях Стерна, не отрицал реальности произведения; он указывал, что реального как будто слишком много. 

    Пушкин пишет:

     «Стерн говорит, что живейшее из наших наслаждений кончается содроганием почти болезненным. 

    Несносный наблюдатель! 

    Знал бы про себя, многие того не заметили б». 

    Пушкин говорит: существует такое явление, как осознание.

    Осознание не всегда ведет к лучшему 

    — есть тема «осознание как порча» [13, с.182; разбивки на абзацы и курсивы мои В.Б.]. 

     

     

  • ЯЩИК С ТРОЙНЫМ ДНОМ

    ЯЩИК С ТРОЙНЫМ ДНОМ

    Из статьи: Быль и небыль об ирландской огранке «магического кристалла» А.С.Пушкина, созданной в апреле-мае 2020 года для сборника литературоведческих работ Самарского государственного социально-педагогического университета

    ЯЩИК С ТРОЙНЫМ ДНОМ

    В.М.Букатов

     

    (в разное время высказанные доказательства, мнения и догадки об отражении в «Евгении Онегине» литературного авангардизма XVIII века)

     

    Петров-Водкин К.С.
    Портрет А. А. Ахматовой
    1922

    Великая поэтесса прозорливо указывала, что все сочувствующие лирическому поэту ждали от него стихов на так мучившую тему. «Однако – подчёркивает Ахматова – таких стихов нет». Поэт не может позволить себе оголённость своей личностной позиции, на которую надеются читатели лирических произведений. Поэтому на своих стерновских экспериментах с повествователем-сочинителем «романа в стихах» Пушкин ставит точку. Чтобы начать новый этап экспериментирования. Теперь уже в «Повестях покойного Ивана Петровича Белкина». То есть экспериментирования в прозе, которая в глазах читателей допускает большую дистанцию между рассказчиком и сочинителем. 

    А.Ахматова: «Дело не в прозе, а в том, как глубоко Пушкин запрятал своё томление по счастью, своё своеобразное заклинание судьбы, и в этом кроется мысль: так люди не найдут, не будут обсуждать, что невыносимо (см. «Ответ анониму»). Спрятать в ящик с двойным, нет, с тройным дном: 

    1) А.П. [Александр Пушкин – В.М.] 

    2) Белкин. 

    3) Один из повествователей. 

    Так вернее». [2, с.171]

    И действительно, практически в каждой из повестей рассказчиком или информантом содержания является кто-либо, но не сам Иван Петрович Белкин. Пушкин же, скрывшись за непроницаемой ролью издателя, подписывается – А.П.

    Выходит, что Пушкин решил смириться с читательским самоуправством. То есть с тем, что читатели, вследствие своего «задушевного чтения», явно пародийные приёмы лирики истолковывали превратно: то как необыкновенно удачные приёмы раскрытия духовной глубины, то как поучительные примеры сердечной нежности. Конгломерат которых – по терпкому выражению молодого Шкловского – русскую литературу (с Достоевским во главе!) приводил в восторг [12, с.214].    

    Поэтому находясь на карантине в Болдино Пушкин принимает решение начать последнюю главу романа с прямых указаний на собственную биографию. Несмотря на то, что эти указания противоречат многим моментам первых глав. Они, создавая видимость однозначности, на самом деле усиливали путаницу. 

    В те дни, когда в садах Лицея

    Я безмятежно расцветал

    . . . . . . . . . . .

    Старик Державин нас заметил

    И, в гроб сходя, благословил.

    Художник Дмитрий Белюкин.Иллюстрация к произведению А.С. Пушкина «Евгений Онегин»

    Формально этими строчками Пушкин оформляет изменение своего отношения к позиции повествователя. Но это не уменьшает число вольных и невольных противоречий в романе. Только традиционность нашего восприятия – по справедливому замечанию молодого Шкловского – обращает в канонический образец «всю гениальную и подчеркнутую путаницу романа».

    Зато для читателей – как для внимательных, проницательных или осведомлённых, так и для недалёких, своенравных или поверхностных – к концу чтения становится очевидным, что персонажи романа – или хотя бы возглавляющий их мосье Онегин –  никак не оправдывают надежд, в своё время возложенных на них сочинителем или кем-то из нас читателей. Вопреки нашим реконструкциям, спровоцированным манерой изложения, персонажи оказались только такими, какими их с самого начала романа пророчески изображал рассказчик [4, с.272].

    Дипломная работа Галины Додоновой — скульптура «Пушкин-лицеист» — установлена в 1981 году в селе Михайловском (Пушкинский заповедник)

    Пушкин добился того, что читатель, столкнувшись с несостоятельностью своих ожиданий (то есть оказавшись «повернутым к самому себе»), начинал различать в прежней беззаботной «болтовне» все более печальную мелодию, открывающую широкие возможности для всевозможных толкований, интерпретаций, комментарий, спекуляций и теоретизирования профессиональных критиков, литературоведов, литераторов и просто читателей. Тут тебе и роман, но не в прозе, а в стихах, и специфика «лирических отступлений», и образ «лирического героя, и дуэт автора-повествователя с автором-сочинителем*, и тема «лишнего человека» и даже «энциклопедия» не только «русской жизни», но и «мировой литературы».

    «Пушкин и голуби» Е.Двоскина
    * А.Е. Тархов в соответствии с выдвинутой им гипотезой о дуэте в «Евгении Онегине» двух авторов в комментариях к VIII главе поднимает тему о «возможном самоубийстве пушкинского Автора» (подчеркивая, что мотив самоубийства существует в мировой литературе с античных времён). Так строфа «Порой дождливою намедни…» в Странствии по его мнению дает выразительный материал для понимания, «что самоубийство этого персонажа есть роковой результат дендистской культуры, внутри которой Автор оказался замкнут. Безвыходность скепсиса, разрушительный яд иронии и непреодолимость эстетического индивидуализма предопределили печальный конец этого пушкинского персонажа» [11, стр. 298].  

  • НЕ ДОПИВ ДО ДНА

    НЕ ДОПИВ ДО ДНА

    Из статьи: Быль и небыль об ирландской огранке «магического кристалла» А.С.Пушкина, созданной в апреле-мае 2020 года для сборника литературоведческих работ Самарского государственного социально-педагогического университета

    НЕ ДОПИВ ДО ДНА

    В.М.Букатов

     

    (в разное время высказанные доказательства, мнения и догадки об отражении в «Евгении Онегине» литературного авангардизма XVIII века)

     

    Стерн в «Тристраме Шенди» в фокус задушевного чтения помещает образ повествователя, его жизнь и его личные мнения о своей собственной жизни.  У Пушкина в «Евгении Онегине» в фокус задушевного чтения помещается не столько образ повествователя, сколько содержание им повествуемых событий.

    На эту черту – непроизвольность читательских реконструкций – первым указал молодой Шкловский. Указал мимоходом, но метко и хлёстко: « < … > интересный вопрос, в серьез ли написан «Евгений Онегин»? Грубо говоря, плакал ли над Татьяной «Пушкин», или он шутил? Русская литература с Достоевским во главе уверяет, что плакал [ 12, с.214; выделено мною – В.Б.]. 

    В результате реакция у читателей романа Пушкина стала кардинально отличаться от реакции у читателей романа Стерна. И в «Тристраме Шенди» и в «Евгении Онегине» повествователи открыто и чуть ли не на каждой странице напоминают о себе. Но только в первом случае рассказчик постоянно находится в круге внимания читателей, которые явно отличают его образ и от образа Стерна (настоящего автора), и от содержания рассказываемых им событий.

    Тогда как во втором случае внимание читателей то и дело соскальзывает с образа рассказчика на содержание рассказываемой им истории. Тогда как личность рассказчика оказывается в тени. Что потворствует невольному отождествлению рассказывающей персоны с самим Пушкиным. Параллельно увеличивая концентрацию «задушевного чтения». До степеней критических, когда читатель «смотрит в книгу, а видит совсем не то, что было приуготовлено автором, но то, что ему самому хочется видеть. То есть по выражению А. Потебни «вращается в круге своей личной мысли» [см.: 5, с.26].

    У Стерна работа над 9-ю томиками романа заняла девять лет. Роман остался подчеркнуто незавершённым. 

    Работа Пушкина над «Евгением Онегиным» длилась почти восемь лет. «Болдинской осенью» 1829 года им было принято решение о завершении «романа в стихах».

    Блажен, кто праздник жизни рано

    Оставил, не допив до дна

    Бокала полного вина,

    Кто не дочёл её романа

    И вдруг умел расстаться с ним,

    Как я с Онегиным моим.

    В такой концовке – очевидное сходство с концовкой в «Тристраме Шенди» (разве лишь с большим подчеркиванием осознанности своего решения у Пушкина). 

    Одно же из различий этих романов в том, что если у Стерна главным повествователем на протяжении всех девяти томиков романа как был, так и остался Тристрам Шенди, то у Пушкина с годами концепция потихоньку стала «меняться». С повествователем в «Евгении Онегине» происходит метаморфоза, явно непланируемая Пушкиным в начале работы над романом. То, что в 1823 году у поэта вызывало «прилив желчи», в 1829 воспринимается им как возможное и чуть ли не единственно верная реакция.

    Художник Дмитрий Морозов

    То есть ранее высмеиваемый прогноз бесперспективности онегинского поколения теперь реабилитируется поэтом. Форма «балагурного» изложения, которая раньше пародировалась в романе, признаётся содержательной и вполне уместной в ситуации, когда сжигается X глава, когда поэт понимает, что, получив согласие родителей невесты на брак, он «попал в совершенно безвыходное положение». [2, с.169].

    Поясним, что А. Ахматова всё созданное Пушкиным в болдинскую осень сравнивала с удивительным «психологическим памятником» [см. 3], «воздвигнутым дням своих горчайших размышлений и колебаний», связанных с предстоящей «женитьбой на 17-летней красавице, которая его не любит и едва ли полюбит» [2, с.170].

    Игорь Шаймарданов: «Деревенский Пушкин»

  • ЛИРИЧЕСКИЙ ФОКУС ЗАДУШЕВНОГО ЧТЕНИЯ

    ЛИРИЧЕСКИЙ ФОКУС ЗАДУШЕВНОГО ЧТЕНИЯ

    Из статьи: Быль и небыль об ирландской огранке «магического кристалла» А.С.Пушкина, созданной в апреле-мае 2020 года для сборника литературоведческих работ Самарского государственного социально-педагогического университета

    ЛИРИЧЕСКИЙ ФОКУС ЗАДУШЕВНОГО ЧТЕНИЯ

    В.М.Букатов

     

    (в разное время высказанные доказательства, мнения и догадки об отражении в «Евгении Онегине» литературного авангардизма XVIII века)

     

    Дело в том, что в XIX веке многие из первых читателей пушкинского романа естественным образом улавливали карикатурность «лирического героя». То есть само поведение автора-повествователя вызывало у читателей понимающую улыбку. Потому как он не мог не вешать на любого вольнодумца ярлык «повеса». Не мог не  высмеивать никчемность молодого поколения. И явно страдая болтливостью, так и сыпал формулировками то банальными, то циничными (в этой плоскости замечания и Писарева, и Козаровецкого с Барковым – отчасти разумеется верны) 

    Читателям воспринимать текст как уморительную пародию на посредственность совсем не мешало обращение, находящееся во второй строфе первой главы:

    Друзья Людмилы и Руслана!

    С героем моего романа

    Без предисловий, сей же час

    Позвольте познакомить вас 

    Сейчас на уроках литературы школьников грузят соответствующим комментарием о том, что часть современников относились к «Руслану и Людмиле» как к «непристойному» сочинению, а другие – как к поэме, подающей «великие надежды» [7, с.121-122]. Так-то оно так, но раньше читатели с первых строк почуяв пародийность подачи, воспринимали смысл этого обращение как претенциозную подачу старым и навязчивым болтуном-ретроградом (Я это потому пишу, // Что уж давно я не грешу – гл.I, XXIX» – В.Б.) своего намерения «разделать под орех» и в конец разобраться с молодыми повесами, которые только и знают, что гоняться за всякими бульварными непристойностями.

    Реджианини Витторио (1853-1938 г.) Vittorio Reggianini
    Поэтические чтения

    При таком смысловом ракурсе восприятия смысл первой главы, посвящённой «пустому дню ненужного человека» воспринимался современниками «с точностью до наоборот». И они зачитывались не социально-критическими выпадами сочинителя, а картиной беспомощной ограниченности этого сочинителя, его неспособности понять подлинный смысл, суть, вектор жизни молодого поколения. 

    То есть современники, считывая «клевету», в своём воображении возвращали картине её предполагаемо-исходный вид. Который у каждого читателя соответствовал своему собственному пониманию, собственному представлению о здравом смысле и личному накоплению жизненного опыта. В результате, чем больше ретроград язвил по поводу молодого повесы и его друзей, тем симпатичнее становились читателям реконструируемые ими образы [см.: 5, с.79].

    Дональд Золан (Donald Zolan)
    брат и сестра

    В. Букатов (1999): «Личный опыт каждого из нас формируется нашими собственными интересами. Когда читающий «наполняет» текст представлениями, выуженными из собственного жизненного опыта, то, естественно, у него создается картина, удивительно отвечающая его интересам. И читатель начинает усматривать в тексте проблемы, волнующие лично его (эффект задушевного чтения)» [5, с.86].         

  • АЙСБЕРГИ ПОНИМАНИЯ

    АЙСБЕРГИ ПОНИМАНИЯ

    Из статьи: Быль и небыль об ирландской огранке «магического кристалла» А.С.Пушкина, созданной в апреле-мае 2020 года для сборника литературоведческих работ Самарского государственного социально-педагогического университета

    АЙСБЕРГИ ПОНИМАНИЯ

    В.М.Букатов

     

    (в разное время высказанные доказательства, мнения и догадки об отражении в «Евгении Онегине» литературного авангардизма XVIII века)

     

    Когда англичане поголовно зачитывались периодически выходящими томиками «Тристрама Шенди», то их явно не особо волновал вопрос, насколько правильно они понимают замысел автора. Как и профессиональные тонкости в понимании ими использованных литературных приемов. Они хвалили и роман и его автора за то наслаждение, которое большинству читателей доставляло чтение очередного продолжения.

    При этом никто из современников Стерна не думал претендовать на роль прототипа. Хотя с каждым новым томиком романа безумная графомания повествователя вызывала у читателей все больший восторг, восхищение и сочувствие, тем не менее они никак не спешили отождествляться с чудаковатым Тристрамом.  Разве что, только один Стерн иногда и с лёгкой подчеркнутостью разыгрывал в своём повседневном окружении роль Шенди.

    Гравюра Браувера (Adriaen Brouwer, 1630 — 1664)
    Сцена из Тристрама Шенди; Капрал Трим читает проповедь

    С «Евгением Онегиным» дело обстояло иначе. Первыми главами зачитывались «и стар и млад». С особым восторгом роман в стихах встречен был молодым поколением. В салонах и клубах то и дело возникали бесконечные споры, связанные то с обсуждением отдельных деталей повествования, то с вычислениями прототипов. И в то время немало молодых людей были бы не прочь им оказаться на самом деле.

    Это сейчас среди читателей романа – а ныне их ряды составляют в основном школьники – ситуация совсем иная. Её характер определяется атмосферой школьных уроков литературы, на которых изучается «Евгений Онегин» как основное программное произведение. Подчеркнём, что современными детьми с наибольшей тоской читается именно первая глава романа. Потому как их восприятие вынуждено плестись за ценными наставлениями в учебнике. Конечно их жизненный опыт ещё слишком слабая опора для личностного реконструирования ситуаций [см.: 5, с.67], рисуемых поэтом в романе.

    Елена Самокиш-Судковская.
    Евгений Онегин. 1908

    Подчеркнём, что статья Шкловского о Пушкине и Стерне в сборнике, напечатанным в Берлине, начиналась с образа переворачивающегося айсберга. И пояснения, что это происходит неслучайно.

    Плывёт гора, оторвавшаяся от какого-нибудь ледника. Доплывает до тёплого течения, которое «сосёт и лижет» её подводную часть. Пока надводная часть не становится тяжелее подводной и потому – перевертывается. 

    И тогда ледяная гора предстаёт нам в совершенно другом виде, не остроконечной как прежде, а плосковерхой, более крепкой и литой.

    В.Шкловский (1922): Таковы же судьбы литературных произведений. Временами происходят перевороты в их понимании, то, что было смешным, становится трагичным, то, что что было красивым, воспринимается, как банальное. 

    Художественное произведение как бы пишется заново [12, с.199]. 

    Эпизод из «Тристрама Шенди»: доктор Слоп в горящем парике сердито жестикулирует Сюзанне, которая прижимает рану на носу