НИЧТОЖНОЕ В ЧРЕЗМЕРНО КРУПНОМ МАСШТАБЕ  

Из статьи: Быль и небыль об ирландской огранке «магического кристалла» А.С.Пушкина, созданной в апреле-мае 2020 года для сборника литературоведческих работ Самарского государственного социально-педагогического университета

НИЧТОЖНОЕ В ЧРЕЗМЕРНО КРУПНОМ МАСШТАБЕ

В.М.Букатов

 

(в разное время высказанные доказательства, мнения и догадки об отражении в «Евгении Онегине» литературного авангардизма XVIII века)

 

Когда Шкловский в 1921 году собирал материалы о Стерне, то к ужасу Максима Горького, вернул ему экземпляр «Тристрама Шенди», распухшим от сотен закладок. На что Горький заметил, что может быть и не плохо, что в такой короткий срок он – Виктор – так основательно потрепал аккуратный том.

Сам же Шкловский тогда считал, что он так и не закончил затеянное им «вскрытие сущности Стерна».

В. Шкловский (1982): Я раньше смеялся над старыми профессорами, которые писали примечания к романам, – что они, стараясь сесть на лошадь, перескакивают через нее, оказываясь на другой стороне опять пешеходами.

Для того чтобы сесть на лошадь или на тот «конёк», про который все время говорит Стерн, для того чтобы понять сущность произведения, надо не только вступить ногою в стремя, но и схватить коня за холку [13, c.198].

В монографии «О теории прозы. 1982 г.» Шкловский возвращается к своим текстам о Стерне, опубликованным в двадцатые годы. Но формулировки своих прежних рассуждений он переписывает, наполняя новыми подробностями и эффектными примерами.

Шкловский напоминает, что в XVII веке почти все романы начинались беглым описанием детства героя. Потом шло описание его юности. Затем – разные приключения. Так начинается и книга Филдинга «История Тома Джонса, найдёныша» (1749) и книга Дефо «Жизнь и удивительные приключения Робинзона Крузо, моряка из Йорка, прожившего двадцать восемь лет в полном одиночестве на необитаемом острове у берегов Америки близ устьев реки Ориноко, куда он был выброшен кораблекрушением, во время которого весь экипаж корабля кроме него погиб; с изложением его неожиданного освобождения пиратами, написанные им самим» (1719).

 Разумеется, нельзя шаг за шагом и минуту за минутой описать всю жизнь человека. Мы не знаем, как зачат Робинзон Крузо, но мы знаем о его раннем детстве. После которого в романе начинается самое главное – приключения. То есть повествование о том, как Робинзон Крузо попадает в плен. Бежит из плена. Снова ищет приключений. Терпит кораблекрушение, спасается на необитаемом острове. Создает себе дом и превращает его в крепость. Приручает животных. Воюет с дикарями. Сражается с пиратами. 

Романисты умели изображать человека либо сражающимся, либо влюблённым. В последнем случае они весьма умело и очень пристойно затягивали предбрачные отношения, превращая их в вереницу писем. То есть в цепочку опять-таки сердечных приключений, которые то разлучали, то объединяли влюбленных. 

Стерн первый принялся распутывать «клубок отношений», используя немыслимо крупный масштаб. Это позволило ему ничтожные вещи, события и ситуации увеличивать до непомерно значительных размеров (правда весьма искаженных неизбежным окарикатуриванием). В результате – по мысли Шкловского – реплика о часах смогла стать полноправным началом авангардного романа. Который – повторим – 46-летний сельский пастор сочинял в течении восьми лет (с 1759 до 1767), выпуская своё детище в свет отдельными небольшими томиками. 

поделиться

Добавить комментарий

Войти с помощью: